Блог Burn Life.

Рип Ван Винкль, герой самого знаменитого рассказа Вашингтона Ирвинга, давно пленил воображение Джефферсона. Актеру нравилось в рассказе Ирвинга все: и колоритность обстановки, и характер самого Рипа, и острота фабулы, и сочетание комического и серьезного.

Действие рассказа «Рип Ван Винкль» происходит в старинной деревушке у подножия Каатскильских гор, в те времена, когда край был британской провинцией. Герой рассказа — простой, добродушный малый, потомок славных и героических голландских Ван Винклей, который «воинственного характера своих предков… впрочем, не унаследовал», хороший сосед, покорный, забитый супруг. Сварливая жена непрестанно ворчит, упрекает его за лень, за бездельничанье. Он любит посидеть на скамье у небольшого деревенского трактира, «вывеской которому служил намалеванный красной краской портрет его величества Георга III», пофилософствовать с приятелями, дымя трубкой.

Сюжет рассказа, заимствованный из немецкой литературы , носит фантастический характер: Рип, выпив голландской водки из старого бочонка, безмятежно проспал двадцать лет в Каатскильских горах, а когда проснулся и спустился из горного ущелья в родную деревушку, то не узнал ни деревни, ни односельчан. Оказалось, что Рип «проспал» и войну за независимость, и превращение британских колоний в Соединенные Штаты Америки; за это время он сам из подданного английского короля Георга III стал свободным гражданином.

Родоначальник американского романтизма Вашингтон Ирвинг, как и его литературные современники Фенимор Купер, Эдгар По, хотя и не в такой резкой степени, испытывал недовольство настоящим страны. Бездуховный прозаизм буржуазного существования вызывал у него тоску по прошлому, которое он склонен был идеализировать. По словам американского ученого Вернона Паррингтона, «настоящее представлялось Ирвингу менее интересным, чем прошлое, и, конечно, менее красочна. Он не мог примириться с духом торгашества и спекуляции. Заботы этого мира не волновали его. В глазах Ирвинга трубка старого Дидриха Никербокера стоила гораздо больше, чем весь новый Уолл-стрит, а черчай. Кливленд, увидев подходившего в это время актера, воскликнул: «Расскажите это Джефферсону! Он поверит чему угодно!» И тот ответил: «Конечно поверю! Мир полон чудес!» Джефферсон любил повторять изречение своего родственника и друга Джона Раиса, театрального менеджера, потом мэра Чикаго: «Мы не можем изменить мир, но мы можем держаться от него на расстоянии».

Автор: Burn Life \\ Метки: весь, какой, мир, рип, характер

Джефферсон придавал большое значение первому впечатлению и всегда был предельно внимателен к гриму и костюму.

Еще во время работы над первой версией «Рипа» он начал с того, что тщательно продумал грим, нашел костюм, вернее, подобрал из старого театрального гардероба.

Рип Джефферсона появлялся на сцене, окруженный детьми: одного он нес на спине и сам смеялся как ребенок. Одет он был в старое платье, штаны, которые когда-то были красными, а теперь выцвели, бесформенную шляпу-і все обветшало, потеряло яркость, за исключением синей рубашки и длинного галстука алого цвета. Одежда Рипа была сильно изношенной, но абсолютно чистой. «Настоящий фермер, — объяснял актер, — ходит в грязной одежде; но в какой-то День он моется, бреется, чистит сапоги и надевает Свежую рубашку. И в жизни Рипа, изображенной в первом акте пьесы, это именно тот день».

Джефферсон наделил своего героя небрежной грацией, низким музыкальным голосом, ласковым журчащим смехом, добрым румяным лицом. Пристрастие этого Рипа к.спиртному, к долгим, отлучкам из дому, отлынивание от работы выглядели безобидными, извинительными слабостями, ничуть не умалявшими привлекательность характера, созданного Джефферсоном.

Зрительный зал сочувствовал Рипу, когда жена в темную штормовую ночь выгоняла его из дому. Герой Джефферсона здесь преображался: исчезали прежняя беспечность и леность. «Гретхен, ты собираешься вышвырнуть меня из дому как собаку?»- эту фразу Рип Джефферсона произносил, словно сомневаясь, правильно ли он понял слова жены. Разговаривая с женой, он старался сохранить достоинство, и лишь иногда интонации голоса выдавали мучившие его страх, боль, обиду. Филадельфийский критик Кларк Дэвис, подробно и пластично описавший игру актера, свидетельствовал, .что после ухода Рипа из дому зал хранил мертвое молчание в течение нескольких минут и были слышны только всхлипывания женщин. . .

Автор: Burn Life \\ Метки: зал, какой, критик, над, рип

«Рип Ван Винкль» Джозефа Джефферсона был одним из самых популярных спектаклей американской сцены второй половины XIX века. Актер стал знаменитостью, окруженной всеобщим вниманием. По свидетельству современников, в американском театре того времени «первыми звездами» считались два актера — Эдвин Бут и Джозеф Джефферсон. Трагика Эдвина Бута, прославившегося исполнением шекспировского репертуара, высоко ценили интеллектуальные, разборчивые зрители, люди со вкусом и чувством гармонии. Менее искушенные демократические массы предпочитали Форреста и мастеров школы «физического реализма», восхищались зрелищами вроде «Отпетого негодяя» и «Мазепы». Джозеф Джефферсон был любим всеми — и театралами, и интеллектуалами, и простой непритязательной публикой. Его имя знали не только в таких крупных центрах, как Нью-Йорк, Бостон, Чикаго или Филадельфия, но и в маленьких провинциальных городках, где не было театральных зданий и приезжие труппы давали спектакли в наспех оборудованных для этой цели помещениях. Приезд Джефферсона с «Рипом Ван Винклем» становился событием в жизни всего городка. Люди рано заканчивали работу, детей отпускали из школы, магазины и лавки закрывались, и все, стар и млад, вечером торжественно, как на праздник, приходили на спектакль.

Джефферсон теперь был высокооплачиваемым артистом и за каждый спектакль получал по девятьсот долларов (когда-то ему платили двадцать пять долларов в неделю). Он мог оплачивать обучение детей, мог позволить себе покупать дорогие вещи, приобретать усадьбы и участки земли — в Луизиане, Нью-Джерси, Массачусетсе.

Усадьба в Пенсильвании, которую актер приобрел в 80-е годы, называлась «Райская долина». Здесь в двухэтажном доме собиралась многочисленная семья Джефферсона. Старший сын, Чарлз, стал антрепренером отца, иногда играл небольшие роли в его спектаклях. Томас вел более самостоятельное, независимое от отца существование, хотя тоже появлялся на сцене вместе с ним. От второго брака Джефферсона — в декабре 1867 года он женился на Саре Уоррен, внучке старшего Уоррена — родились сыновья Джозеф, Генри и Уильям.

Автор: Burn Life \\ Метки: xix, бостон, дорога, какой, рип, семья

Во время гастролей Джефферсона в Бостоне друзья и родственники традиционно собирались на старой большой кухне в квартире Уоррена, чтобы за ужином обсудить последние театральные и литературные новости, просто побеседовать. Здесь бывали актеры, выступавшие в Бостоне, знаменитые люди города, такие, как Генри Лонгфелло и Оливер Уэнделл Холмс, поэт, эссеист. Лонгфелло, автор «Песни о Гайавате», поэтической интерпретации индейских легенд, наверняка нашел благодарного слушателя в Джефферсоне, тоже увлеченном историей страны, миром легенд и народных преданий. Актер наслаждался, беседуя с Оливером Холмсом, своеобразной достопримечательностью Бостона (его умение поговорить считалось восьмым чудом света), восхищался его характером, жизнелюбивым и деятельным. Да и сам хозяин, Уильям Уоррен, гостеприимный, общительный, тоже, как и Холмс, был гордостью и достопримечательностью города, был любим зрителями и актерской братией. Он сыграл 577 ролей — никто из американских актеров не мог похвастаться таким количеством.

Нельзя сказать, что Джефферсон не играл в эти годы ничего, кроме Рипа. Он возвращался к своим старым ролям в фарсах Мортона, диккенсовскому Калсбу Пламмеру, доктору Панглоссу в «Законном наследнике». 13 сентября 1880 года в филадельфийском театре на Арч-стрит состоялась премьера комедии Шеридана «Соперники», где Джефферсон сыграл Боба Эйкрза. Эта роль, хотя актер и исполнял ее раньше, много лет назад, оказалась новинкой для зрителей 80-х годов, которые не видели, да и не могли видеть Джефферсона в «Соперниках».

Автор: Burn Life \\ Метки: видеть, какой, последний, рипа, уильям, шеридана

Боб, появившись в Бате, разыгрывал нелепо-комичную роль повесы — актер вносил в эту «игру» изрядную долю наивной простоты. Боб надеется, чтобы Лидия, которая не обращала на него никакого внимания в деревне, теперь-то наконец его заметит. Да и как не заметить Боба?! Ведь его облик совершенно преобразился: охотничья куртка и кожаные штаны получили отставку, Боб занялся прической, учится танцевать, красиво говорить; у него «городские» манеры, модная одежда. Герой Джефферсона вел разговор с капитаном Абсолютом и Фоклендом, а сам забавно манипулировал отделанной золотом шляпой капитана: ему явно очень нравилась эта шляпа, он мысленно примерял ее, раздумывал, пойдет ли она ему.

Боб по наущению сэра Люциуса решил вызвать на дуэль своего соперника Беверлея. Вызов противнику должен передать капитан Абсолют. В тот момент, когда капитан, положив вызов к себе в карман, заверял Боба, что тотчас передаст его Бе-верлею, Боб Джефферсона испытывал замешательство. Он еще хорохорился, но не мог скрыть смущения и испуга. Они прочитывались на его лице, слышались в интонациях голоса, когда он детски-трогательно просил капитана: «Скажи ему, что я обыкновенно убиваю по человеку в неделю. Скажешь, Джек?»

В сцене дуэли на Королевской поляне решимость окончательно покидала Боба. Он спорил с сэром Люциусом о дистанции и горячо уверял: «Чем дальше он будет стоять от меня, тем хладнокровнее я буду целиться». Когда же на Королевской поляне вместе с капитаном вместо ожидаемого Бобом страшного противника появлялся знакомый Фокленд, с каким нескрываемым облегчением произносил Джефферсон простое приветствие: «Здравствуйте, Фокленд!» Он мгновенно приободрялся: оказывается, все не так страшно, как он думал. И чувствовал себя совершенно счастливым, когда выяснялось, что

Беверлей — это капитан Абсолют и что ему, Бобу, ни с кем не надо драться.

Автор: Burn Life \\ Метки: боб, вместе, говорить, какой, себя