В последующие годы Рефрежье неоднократно бывал в нашей стране, внимательно изучая изобразительное искусство, которое, несомненно, оказало воздействие на эволюцию его творчества. «В результате моих приездов в Советский Союз и знакомства с творчеством советских художников,- замечает он, — я стал обращаться к изображению труда рабочих. Я поехал на строительство плотины и там старался запечатлеть труд ее создателей». С большим удовлетворением художник, чьи монументальные росписи широко известны, отмечает значительный подъем нашего монументального искусства. Он видит, что советские «художники ищут ответа на новые проблемы и достигают хороших творческих результатов. Я уверен, — пишет он, — что скоро художники разных стран будут учиться у вас синтезу искусств — архитектуры, монументальной живописи, мемориальной скульптуры. Это вполне логично, ибо ваше государство предоставляет для этого колоссальные возможности».
Передовые зарубежные писатели и художники еще в 20-е годы сознавали, что творчество мастеров пролетарской культуры открывает новую страницу в развитии мировой культуры. Они чувствовали, что теперь уже нельзя оценить какое-либо художественное явление, не соотнося его с критериями социалистического искусства. Вместе с тем деятели прогрессивной зарубежной культуры понимали, что новаторская сущность последнего не может быть последовательно и всесторонне объяснена, если оно будет расцениваться только как совокупность художественно-эстетических категорий. Они видели, что в отличие от западных художников и писателей деятели советского искусства воспринимают всю совокупность условий жизни современного общества в свете той великой задачи, которая связана с исторической миссией пролетариата. Они сознавали, что связь художника с народом, с общественной жизнью, с политикой пролетарского государства является характерной особенностью нашего искусства с первых лет его существования.